карта сайта

на главную

Современное общество (несколько статей из рунета)

Жажда наживы

Анатолий Чернов
Ведомости
20 сентября 2002

Чем больше люди имеют, тем больше они хотят. Во всяком случае, доля россиян, считающих это утверждение правильным, выросла, по данным компании "КОМКОН", на 6% за последние два года, достигнув значения 42%. Этот факт можно признать позитивным, учитывая, что развитие рыночной экономики базируется на росте потребления. Но если подойти к вопросу философски, то желание больше потреблять свидетельствует о неудовлетворенности людей. Есть и третья точка зрения - религиозная, согласно которой неуемная жажда потребления - это дьявольское искушение, которое лишает человека счастья. Ведь не зря говорят - богат не тот, у кого много, а тот, кому достаточно.
Правильно ли хотеть большего?

Примерно полгода назад на последней полосе Harward Business Review было напечатано эссе, призывающее поразмышлять о том, что усиление власти человека над окружающей средой делает все более насущным вопрос о дисциплине человеческих желаний. "Экономическое развитие, по сути, означает расширение наших возможностей получать желаемое. Религия, со своей стороны, ставит другой вопрос: насколько правильно хотеть то, что мы хотим. Когда мы уже оказываемся в состоянии получить желаемое, вопрос о правильности наших желаний обретает особую остроту", - говорится в эссе. HBR в очередной раз привлекает внимание к этой теме.

О том, что бесконечный рост потребностей - это тупиковый путь развития, активно заговорили еще в ХIХ в. Карл Маркс первым взглянул на политэкономию не как на науку о способах наращивания капитала, а как на науку, формирующую общественное сознание. Признавая взаимообусловленность сознания и бытия, он делает вывод, что, пока в обществе будет расслоение экономических интересов, сознание индивидов не будет свободным. Отсюда вывод о невозможности смены экономических формаций без насилия. Правда, о возможности революции он говорит как об обычной стадии эволюции общества. А на смену материальным ценностям, которые при капитализме являются основным объектом желаний, Маркс выводит свободное время. Именно досуг он называет "истинным богатством", а труд - "царством необходимости, по ту сторону которого начинается развитие человеческих сил, являющееся самоцелью".

Судя по данным исследования TGI Global, Россия сейчас находится на наиболее удаленном расстоянии от "истинной ценности". В 2002 г. деньги называют главным мерилом успеха 52% соотечественников. Для сравнения, в Великобритании этот показатель равен 17,4% , в Соединенных Штатах - 19,1% , а в Китае - 39,9%.

Деструктивное потребление.

Современное состояние экономики развитых стран философствующие экономисты называют постмодернистским. Экономика уже не просто удовлетворяет потребности - она их сама продуцирует и поощряет. Можно при помощи аргументов доказать, что автомобиль за $20 000 лучше, чем за $5000. Но найти разумное обоснование тому, что автомобиль за $200 000 лучше машины за $100 000, довольно сложно.

Философ Жан Бодрийар характеризует современное потребление как потребление знаков и символов, которое потеряло связь с удовлетворением биологически обоснованных человеческих потребностей. Этот процесс он называет желанием потребителей идентифицироваться. Человек хочет не просто машину - он хочет Mercedes, ему нужна не одежда, а Kenzo или Prada.

Проблему Бодрийар видит в том, что люди забыли о своей смертности. "Вычесть из жизни смерть - такова основополагающая операция экономики: жизнь становится остатком, который в дальнейшем может трактоваться в операциональных терминах исчисления и ценности. Как у Шамиссо в "Истории Петера Шлемиля" - стоит Петеру потерять свою тень (вычесть из жизни смерть) , он становится богатым, могущественным капиталистом; договор с дьяволом - это как раз и есть пакт политической экономии", - пишет Бодрийар в книге "Символический обмен и смерть".

По мнению директора Независимого института социальной политики Татьяны Малевой, тупиковость развития общества потребления выражается в росте социальной напряженности. Причем исходящей от высшего класса. "Материальный достаток способен принести удовлетворение до определенного уровня, после которого начинают проявляться различные маргинальные формы поведения, - рассуждает Татьяна Малева. - К примеру, экстремист бен Ладен ни в чем не нуждался. С его миллионами он мог потребить половину мировых рынков". Такие формы социальных конфликтов, по ее словам, трудно предсказуемы и в этом заключается их основная опасность. "Потребление - это удел средних, а высшие классы имеют качественно иное мышление, которое не связано с потреблением. И оно может принимать как позитивные формы, например благотворительность и меценатство, так и негативные. Нет никаких гарантий, что накопленный капитал не будет устремляться на деструктивные цели", - считает Малева.

Альтернативные ценности.

Попытки найти замену господствующей системе развития цивилизации предпринимают теоретики постиндустриального общества. Как ни странно, но их мысли сводятся к марксистской идее о ценности свободного времени. Предполагается, что рано или поздно общественное сознание само воздвигнет на пьедестал свободное время, возможность духовного развития и творчество.

Косвенным признаком того, что общество идет именно по этому пути, можно считать развитие на Западе такого движения, как "дауншифтинг " - сознательное решение спуститься вниз по социальной лестнице. Люди устали от постоянного напряжения, от стресса, от того, что количество привлекательных рабочих мест предельно ограничено. Идеология "дауншифтинга" строится на том, что свободное время и возможность заниматься развитием своих творческих потребностей и желаний гораздо важнее карьерной лестницы и гонки за лишними деньгами.

Не продается!

По мнению Татьяны Малевой, в современной России проблема в том, что она, желая повторить западный путь, культивирует желание потреблять, в то время как правильней было бы пропагандировать желание учиться. "Исследования, подтверждающие рост желания потреблять, имеют в высшем смысле корыстный маркетинговый интерес, так как они навязывают образ россиянина, который, если хочет быть респектабельным, должен больше потреблять. В этих исследованиях обратная логика - не определить средний класс и посмотреть, что он делает, а ровно наоборот: выбираются определенный стиль жизни и концепция потребления, а потом к среднему классу причисляются те, кто ведет себя именно таким образом. Это расчет на массовую психологию - всем хочется быть средним классом. Логика такая, что если я хочу быть средним классом, то мне нужно купить такие-то часы. А вообще-то вопрос должен стоять иначе: чтобы стать средним классом, нужно заплатить за обучение. Но на подсознательном уровне знания сложнее визуализировать, и поэтому выбираются часы", - говорит Малева.

Культивация потребления вызывает протест со стороны тех, кому противно порабощение потреблением. Одна из наиболее спокойных форм такого протеста - устранение от социума. Анонимный создатель сайта msdesign.pochtamt.ru написал: "Я нашел выход в уходе от общества, хоть пока не физическом, но моральном. Выбросить телевизор, уйти с работы, общаться с такими же даокоммунистами, забить на военкомат, коммунальные платежи, налоги, выборы, жить по чувству внутренней гармонии, творить, познавать, строить общество любви, добра и счастья в отдельно взятой голове и убиваться всем, чем придется - и будет [. .. ] счастье". О том, какие еще формы протеста принимает отторжение общества потребления, можно судить по прошедшим недавно в Москве и пригородах демонстрациям молодежи. Их лозунг "Смерть капитализму! " говорит сам за себя.

По мнению сотрудника Института социологии РАН профессора Владимира Ядова, разговоры о том, какую позицию считать хорошей, а какую плохой, бессмысленны. "Идеальной модели развития общества не существует. И что самое главное - ее не может быть в принципе. Всегда будет существовать расслоение, и это хорошо, потому что если общество станет одинаковым, то оно превратится в неживой организм, начнется разложение, - говорит Владимир Ядов. - Исходя из этого, мы можем говорить только о различии нравственных критериев в системе ценностей того или иного общества в целом и человека в отдельности".

Другими словами, если не впадать в истерику, то вопрос о том, ради чего стоит жить и работать, каждый решает сам для себя. Герой последнего сюжета совместного проекта" Ведомостей" и программы "Намедни" миллионер, владелец компании "Мир" Владимир Гнездилов, завершая рассказ о себе, сказал такую фразу: "Я недавно пришел к формулировке, что нужно мне: мне нужно здоровье, творческая среда обитания и любовь, продолженная в детях. Что из этого покупается за деньги? "

Контркультура внутри контркультуры

Движение стрейт-эдж возникло в начале 1980-х годов в среде американских панков. Панки представляли собой молодежную контркультуру небогатых городских ребят, недовольных существующей жизнью и не видящих в ней для себя перспективы. Их протест выражался в прическе (до сих пор известно их пристрастие к торчащим вверх волосам, окрашенным в яркие, неестественные цвета), одежде, музыке и, к сожалению, в пристрастии к наркотикам и особенно к алкоголю. Если для предыдущего поколения протеста "хиппи" были характерны такие наркотики, как марихуана и ЛСД, с которыми связывались расслабление и медитация, то для панков, как более агрессивной субкультуры, более подходил алкоголь. Один из идолов панков Сид Вишис (псевдоним, в переводе значит "порочный") скончался в расцвете своей карьеры от алкоголя. В результате в обществе сложился стереотип "панк - значит "пьянь". Многих молодых людей привлекал протест панков, их музыка, но не нравилось быть пьяным. Первым это открыто выразил певец группы Minor Threat Ян Маккей словами в своей песне: Out of Step (with the world) (Не в ногу (с миром):

Don't smoke	Не кури
Don't drink	Не пей
Don't fuck	Не трахайся
At least I can fucking think	Я хотя бы могу думать не так как все
I can't keep up	Я не могу тащиться,
Can't keep up	Не могу тащиться
Can't keep up	Не могу тащиться
Out of step with the world	В ногу с этим миром.

Отказ от алкоголя, табака, наркотиков и случайных половых связей стал для нового движения не просто способом сохранения здоровья. Это был протест   против     общества  , навязывающего молодежи    потребление   опасных веществ ради получения прибыли.

Высшая форма рабства

Высшая форма рабства наступает тогда, когда сам факт рабства более не осознаётся рабами. Этот тезис как нельзя более точно описывает явление конформизма, который поразил наше общество. Конформизм - это пассивное приспособленчество, отсутствие собственной позиции, беспринципное и некритическое принятие существующего порядка вещей, следование любому образцу, обладающему наибольшей силой давления или наибольшей популярностью. Конформист - раб Системы, он "флюгер", который вертится из одной стороны в другую под влиянием "общественного мнения", формируемого телевидением, прессой, радио и другими инструментами невидимых режиссёров, разыгрывающих грандиозный Спектакль.
Проще говоря, конформист - это так называемый "средний человек" (которого антропологи красноречиво назвали "голой обезьяной"), все мечты и желания которого сводятся к тому, чтобы как можно реже напрягаться умственно и физически и как можно чаще отдыхать и развлекаться. А в процессе отдыха и развлечений наиболее значимыми для него являются положительные физиологические ощущения, особенно сексуальные и пищевкусовые. Короче говоря, огромная масса конформистов больше всего на свете жаждет "ловить кайф"! Сладко пить, вкусно есть, сношаться с лицами противоположного пола, нежиться в тёплой водичке, валяться в мягкой постели или на горячем песке...
Что здесь такого, чего нет у животных? Чем подобное поведение - в принципе - отличается от поведения свиньи, которая нажралась до отвала, залезла в корыто с тёплой водой, нагревшейся на солнце, разлеглась там и хрюкает от удовольствия. Бесполезно призывать к самоопределению, к самодисциплине, к ограничению ненасытной плоти (то есть к нравственности) тех, чей идеал в том, чтобы как можно чаще "хрюкать от удовольствия", а единственное по-настоящему увлекательное занятие сводится к максимальной загрузке прямой кишки.
Конформисты не замечают, как их жизнь и поступки пропадают без толку между желанием и страхом. Вся их жизнь сводится к просмотру ярких картинок, мелькающих на телеэкране, ежедневному убиванию 8-ми часов рабочего дня и к отдыху в выходные дни, которых так страстно ждут и которые так бездарно проводят. Печально, но факт: подобная серая и скучная жизнь - удел большинства россиян. В условиях нынешнего кризиса она становится ещё отвратительнее.
Возникает вопрос: "Если жизнь конформиста так скучна и невыразительна, то почему он не пытается что-либо в ней изменить?". Ответ банален: страх. Страх перемен. Как говорится в одной поговорке: "Лучше старое привычное, чем новое отличное". Для конформиста гораздо проще принять изначально уготованную для него роль, чем решиться на действительный выбор. Для него гораздо легче плыть по течению, чем идти против него. Конформист является рабом этого течения. Он не способен сказать ему: "Нет!", да и не стал бы, скорее всего. Как говорил гениальный Б. Шоу: "Свобода - это ответственность, вот почему все её так боятся". Лицо конформиста превратилось в маску. Маску пустого равнодушия и серости. Маску, являющую собой лишь часть огромной и всепоглощающей массы.
Противоположность у конформизма только одна. Это - нонконформизм, возможность самоопределения и свободного выбора. Наш нонконформизм - это тотальный отказ от искусственно насаждаемых у нас либерал-капиталистических "общечеловеческих" ценностей и "гуманизма". Наш нонконформизм есть опровержение симулированной шкалы стандартов, механистических правил, сковывающих нашу свободу.
Наш нонконформизм - это Сопротивление Системе. Система покусилась на самое ценное, на то, что дано нам свыше - на нашу Свободу. И наш святой долг - это дать бой Системе. Защитить свою Свободу.

=======================================================
Комментарии от Vova Kisel
Недавно лазил по сети в поисках некоторых материалов и по ключевым словам "Тимоти Лири" забрел на сайт. Чесслово, очень приятный сайт, материалы довольно интересные, но вот статья ("Общество потребления (несколько статей)") показалась мне довольно таки спорной. Например, раздел "Высшая форма рабства"

> Проще говоря, конформист - это так называемый "средний человек" (которого антропологи красноречиво назвали "голой обезьяной"), все мечты и желания которого сводятся к тому, чтобы как можно реже напрягаться умственно и физически и как можно чаще отдыхать и развлекаться. (Конец цитаты)

Хотел бы начать полемику с этого момента.

> А в процессе отдыха и развлечений наиболее значимыми для него являются положительные физиологические ощущения, особенно сексуальные и пищевкусовые. (Конец цитаты)

Возникает вопрос - так в чем же именно заключается "Система", о которой несколько строчек выше было упомянуто? Если рассматривать только "положительные физиологические ощущения, особенно сексуальные и пищевкусовые", то для зверей они так же естественны, как и для людей. Проблема IMHO заключается в том, что манипулируя (*1) этими естественными "сексуальными и пищевкусовыми" стремлениями, общество подменяет (*2) глобальное понятие жизнеобеспечения своими собственнми, локальными, ценностями и мало того, выстраивает из этих ценностей различные иерархии. Подменяя, оно вытесняет глобальные ценности на периферию.

Не вижу ничего зазорного в том, чтобы "Сладко пить, вкусно есть, сношаться с лицами противоположного пола, нежиться в тёплой водичке, валяться в мягкой постели или на горячем песке...". ... может, я что-то не так понял?

> Бесполезно призывать к самоопределению, к самодисциплине, к ограничению ненасытной плоти (то есть к нравственности) тех, чей идеал в том, чтобы как можно чаще "хрюкать от удовольствия", а единственное по-настоящему увлекательное занятие сводится к максимальной загрузке прямой кишки. (Конец цитаты)

Абсолютно правильная фраза, бесполезно, только вот встречается очень интересное выражение "к самодисциплине, к ограничению". Хотелось бы уточнить, что под этим имеется в виду и зачем собственно это надо (*3). Так как узнать, где та ГРАНЬ между тем, где и в чем надо ограничивать себя и где не надо? Кстати, природа IMHO позаботилась о том, чтобы долго не разбираться в этом вопросе. Все необходимые для жизнедеятельности процессы сопровождаются приятными ощущениями: похавал - кайф, потрахался - тоже кайф; даже пос%ать - приятно... "Самоограничение есть худшая форма индульгирования - человеку кажется, что он совершает подвиг, что-то более высокое, чем его возможности, а на самом деле он просто потакает чувству собственной важности, еще больше углубляясь в самолюбование" (origin: Карлос Кастанеда).

> Возникает вопрос: "Если жизнь конформиста так скучна и невыразительна, то
почему он не пытается что-либо в ней изменить?". Ответ банален: страх. Страх
перемен. (Конец цитаты)

Можно сказать и так, но как-то в разговоре с панком проскочила мысль "панкуха - это не от дурости, это, блин от ума". Так вот, страх перемен возникает прежде всего или от низкого IQ или от сценарности (*4). Говоря проще, из-за невозможности преодолеть свои собственные рамки, взять хотя бы фразу Тимоти Лири, что "самая страшная тюрьма - это тюрьма
твоего разума". А весь процесс воспитания заключается именно в фиксации точки сборки своих детей в рамках общества.

> Наш нонконформизм - это Сопротивление Системе. Система покусилась на самое ценное, на то, что дано нам свыше - на нашу Свободу.

Свобода - это еще один красивый лейбл. Почему бы не взять у Кастанеды гораздо более емкое слово "воля". Потеря воли у человека это гораздо страшнее, чем потеря свободы, так как при наличии воли получение свободы реально, пусть это даже уход в себя; но при порабощенной воле человек и не замечает, что им манипулируют, выкрикивая слово "свобода" каждую секунду с детской радостью & непосредственностью и испытывая при этом глубокий кайф.

> И наш святой долг - это дать бой Системе. Защитить свою Свободу. (Конец
цитаты)

В итоге возникает вопрос - зачем Системе надо сопротивляться? Гораздо лучше просто не участвовать в социальных играх или переться с них (хотя бы на примере Пелевина). Это разрушает отлаженную систему убеждений окружающих гораздо лучше чем противостояние т.к. от противостояния она защищена достаточно хорошо. Противостояние признает и и утверждает то, что система существует и успешно функционирует. Игнорирование (*5) прежде всего утверждает то, что Система это не более чем миф (и не нужно ей противостоять, можно просто в этот миф не верить). И хавать прежде всего хавку (а не брэнды), общаться прежде всего с людьми (а не с социальными ролями - друзьями/начальниками/родствениками и т.д.). И, конечно же, секс (см. начало моего письма) не тогда, когда можно согласно какой-либо морали, а когда хочется. Кстати, именно в интервью Пелевина я в свое время встретил мысль, что единственная система координат человека - это он сам.

P.S. Эта статья была единственной, которая вызвала желание вступить в полемику, все остальное (особенно, "Мир глазами одного человека") – это просто праздник! За что и спасиб. =)

*1 C.Кара-мурза "Манипуляция сознанием"

*2 Эл. Райс, Дж. Траут "Positioning: a battle for your mind"

*3 Франц Кафка. Процесс. Гл. 9.

*4 Эрик Берн "Люди, которые играют в игры"

*5 Валерия Новодворская "По ту сторону отчаяния"

Беседа с Шамилем Султановым

Война американцев с американцами

11 сентября 2001 года произошло первое в новом столетии жесткое, прямое столкновение между двумя цивилизациями - между двумя цивилизациями внутри самих же США. Между центром новой глобальной империи - так называемым "мировым правительством", которое олицетворяется наднациональными структурами и организациями, и национальными силами Америки, правым американским фундаментализмом, последователей которого уже немало в США. По некоторым оценкам, только известных организаций правых радикалов насчитывается не менее 250-280, активных членов - порядка миллиона (по другим оценкам -2-2,5 миллиона). Одна из особенностей этих организаций типа "Мичиганской милиции", "Ветви Давида", и т.д. состоит в том, что они милитаризированы. Пример Тимоти Маквея показателен, так как ключевое ядро организаций американских фундаменталистов составляют люди, имеющие военный и технологический опыт, у которых есть своя идеология, своя психология. Это люди, которые гораздо более негативно относятся к американскому образу жизни, чем даже многие открытые противники Соединенных Штатов на других континентах.

11 сентября - день рождения Тимоти Маквея, 11 июня 2001года он был казнен. После ареста за организацию взрыва в Оклахома-сити он был приговорен к смертной казни, но демократы точку над "i" не ставили. Ибо внутри США идет конфронтация, прежде всего, между американскими фундаменталистами-радикалами и демократами. Администрация Клинтона не случайно оставила право принять окончательное решение республиканцам. Буш мог заменить Маквею смертную казнь на пожизненное заключение. Почему он этого не сделал? Маквей, находясь в тюрьме, стал для американских фундаменталистов своего рода национальным героем в том числе и потому, что, находясь семь лет в застенках, он никого из своих соратников не выдал, хотя активно подвергался изощренным психологическим и физическим воздействиям, его пытали. 11июня на многих сайтах американских правых радикалов появились предупреждения, что Вашингтону казнь Маквея так просто не пройдет. Можно сказать, что 11 сентября - это некое специфическое начало принципиально новой модели гражданской войны внутри Соединенных Штатов.

Сейчас у американской системы внешних врагов нет. Ни Россия, ни Китай, ни разрозненный мусульманский мир существенной угрозы для США не представляют. Валовый национальный продукт России почти в два раза меньше, чем валовый региональный продукт Калифорнии. Но история показывает, что в условиях монополии главный враг сложно организованных систем всегда вызревает внутри них самих.

Религиозный фактор в войне цивилизаций

Война между цивилизациями сегодня - это не конфронтация между цивилизационными ареалами или группами стран. Это, прежде всего то, что происходит внутри этих стран. При этом, духовный компонент, фактор веры, выходит на первый план. По интенсивности проявления внутреннего цивилизационного конфликта США занимают второе место, а на первом месте - мусульманский регион. Потому что большая часть так называемых мусульманских режимов де-факто не являются мусульманскими. С другой стороны, в исламском мире такая конфронтация происходит гораздо драматичнее, поскольку здесь гораздо сильнее фундаменталистские тенденции. Тому несколько причин.

1. Речь идет о стратегических факторах. Во-первых, это, собственно, Ислам. С моей точки зрения, Ислам -это единственная в мире религия, которая сохранила свою энергетику именно как религия единства сакрального и социального. Ислам не выродился в масскультовую форму. Вспомните, Шпенглер говорил, что христианство умерло, перейдя в искусство.

2. Это значение личности. Здесь присутствует весьма интересный и парадоксальный момент. В современном технологизированном мире усиливается значение человеческого фактора. С одной стороны говорят: "Прогресс -это машины, автоматы, технологические цепочки" и т.д. Но с другой стороны, важнейшим оказывается человеческий фактор. Логика материалистического развития, толкает вроде бы к созданию корпоративных и бюрократических анонимных структур. Тем не менее, значение творческой личности постоянно возрастает. Если прежде развитие личности на западе стимулировалось почти исключительно протестантизмом, то сегодня, после превращения христианской религии в одно из направлений шоубизнеса, Ислам с его рациональной этикой опережает остальных и в этом, стимулируя развитие сильной и свободной личности, бесстрашного героя нового поколения.

Динамика современного капитализма определяется, прежде всего, людьми, которые в силу своего мышления, в силу своего творческого потенциала оказываются в нужное время и в нужном месте. Например, тот же Гейтс - человек, который сделал себя сам. Но посмотрим с другой стороны: современные технологические системы, в конечном счете, основаны на определенной совокупности фундаментальных научных открытий. Соответствующая концентрация творческих людей, поиск соответствующих прогрессивных идей рано или поздно открывает целые экономические эпохи. В конечном счете западная технологическая, потребительская цивилизация базируется на фундаментальных открытиях 20 - 40-х годов.

Противоречия общества потребления

Возникают весьма существенные противоречия: по сути, вся западная система направлена на то, чтобы сформировать из человека тотального потребителя. С другой стороны, только творческие люди двигают эту цивилизацию. Иначе говоря, Гейтс нужен западной системе как особая творческая функция, а отнюдь не как личность сама по себе. Но в рамках идеи тавхида (Единобожия) человеческий фактор играет принципиально иную роль. Расщепление личности на функции противоречит Исламу, который требует всеохватности, тотальности веры. В свое время Сартр сказал в отношении личности западной цивилизиации: "Человек - это тотальность, которая постоянно детотализируется". В противоположность этому можно сказать, что исламская личность - это тотальность, которая постоянно преодолевает в себе деградирующее влияние западных ценностей и устремляется к полной цельности жизни и веры.

Сегодня исламский регион в пограничной ситуации. Это связано, с одной стороны, с экономическими и геополитическими факторами, в первую очередь, с нефтью. Отсюда повышение зависимости, амбициозности, соответствующий геополитический размах и все прочее. С другой стороны - повышение уровня образования, появление в последние 20-30 лет поколения людей, получивших хорошее западное образование, но при этом оставшихся мусульманами.

Исламский фактор обладает уникальной особенностью: он является мощным объединяющим началом. В Исламе вы можете встретить как личностей с прекрасным образованием, так и совершенно неграмотных людей. Это в некотором смысле протообщество, в котором циркулируют определенные идеи и они на самом деле способны к социальным экспериментам. Например, палестинцы - один из самых образованных народов в мире. По количеству студентов на 1000 человек населения палестинцы опережают Россию. А на Ближнем Востоке приближаются к Израилю.

Когда мы говорим об исламском феномене как об альтернативе западному обществу, надо подчеркнуть еще одну его особенность: в силу определенных причин исламский фундаментализм и в количественном и в качественном отношении мощнее чем фундаментализм в других странах. По некоторым оценкам, в мусульманских странах, людей готовых пожертвовать жизнью ради своей веры 35% численности соответствующего социума. Это, фактически означает, что в рамках исламского региона реально сосуществуют две цивилизации: фундаменталистская и традиционалистская. Этот факт весьма примечателен.

С исламскими фундаменталистами контактирует целый ряд фундаменталистских западных течений, которые пока маргинальны на сегодняшний день в своем ареале. Они действительно маргиналы, потому что радикалы на Западе на 90% -представители среднего класса. Там, с одной стороны, не представлены классы обездоленных, а, с другой - нет и представителей элиты. В этом смысле исламский фундаментализм - нечто принципиально иное, поскольку он способен объединить и выходцев из средних классов, и неграмотных представителей обездоленных слоев, и различные элитарные группы.

Чем опасен исламский фундаментализм для западного либерализма?

Американцы сосредоточились на исламском фундаментализме, потому что исламский фундаментализм качественно отличается от других фундаменталистских течений. Можно даже сказать что американский фундаментализм до 11 сентября в определенной степени контролировался их официальной системой. Исламский же фундаментализм - нечто иное. Не потому, что это уже состоявшийся феномен, а потому, что это - объективная предпосылка чего-то иного. Это - живая бурлящая масса, в которой каждый день появляются люди, готовые пожертововать своей жизнью ради веры. Это вне контроля спецслужб США, а значит, с их точки зрения, стратегически опасно для Америки. Так, после развала СССР основным противником США стал исламский фундаментализм именно как цивилизационная альтернатива.

Исламский фундаментализм сегодня -это не просто контртенденция развития. Это реальная основа формирования политической контрэлиты, чего более всего и боятся "мировые правители", держащие элиту всех мало-мальски значимых стран под своим неусыпным контролем. Иран в этом плане очень показателен.

Если взять шахский Иран начала 1978 года, то это организованная политическая элита, преданная шаху: это десятки тысяч человек, это средний класс - сотни тысяч. А кто против - какие-то муллы, не имевшие никакого экономического и политического ресурса, не имевшие выхода на армию, ничего не имевшие противопоставить шахским спецслужбам. А получилось, что после успешных на западный манер экономических преобразований шаха массы крестьян двинулись в города, начался конфликт базовых ценностей, и в рамках этой тенденции стремительно сформировалась духовно-политическая контрэлита.

В Египте, например, буквально на каждой улице по нескольку мечетей. И есть ряд мечетей в которых выступают харизматические муллы. Когда они выступают, собирается огромное количество людей. И накал выступления таков, что люди выходят просто взбудораженными И обязательно около этих мечетей режим выставляет усиленную охрану.

Хотя этих харизматических личностей периодически уничтожают, здесь важен пример. Религия вообще только усиливается кровью мучеников за веру. Один такой человек создает подспудно десятки и сотни потенциальных шахидов. Он создает для общества ясную простым массам модель героического поведения. Ислам и усилившийся вследствие противостояния западному глобализму и общей деградации мировой культуры исламский фундаментализм - единственный сегодня социокультурный, религиозный и духовный феномен, в рамках которого воспроизводится модель героической личности.

Он формирует модель личности, которая принципиально не может быть интергирована в западную систему ценностей. На Западе нет и не может быть героической личности, она там не нужна. Герои там существуют только в голливудских грезах, создаваемых, чтобы выпустить пар западного обываетеля, внутренне все же тоскующего по образу сверхчеловека. Но это - виртуальные герои. Ислам же создает модель реальной героической личности. Критерий: ты являешься героем, если за свои убеждения ты готов пожертвовать своей жизнью. Тогда ты не мунафик, тогда ты, действительно шахид, побеждающий смерть.

Цивилизационные столкновения - это конфликт типов героической личности. Если какая-то цивилизация побеждает, она уничтожает альтернативные модели героической личности. Герои Запада - механические роботы, киборги, терминаторы, защищающие экономические интересы "мирового правительства", герои Ислама - это борцы за торжество Божественной справедливости для всех людей.

Почему США сосредоточились на Афганистане? Проблема даже не в бен Ладене. Проблема - в талибах. Потому что в плане институционального государственного образования именно талибы в геополитическом плане представляли собой наиболее зрелую фундаменталистскую форму. То, что Западу удалось прервать в Алжире, то что им удалось подавить в Судане, возникло в Афганистане. Но есть и другой аспект.

Саудовская Аравия и Пакистан стали все больше опасаться радикализации талибского режима. По разным причинам.

У нынешней американской администрации была договоренность с Абдаллахом ибн Саудом о том, что саудиты поддержат Буша на выборах, прежде всего, повышением цен на нефть Если бы не это повышение цен, то Гор был бы избран. Для США нехарактерно, чтобы в период экономического подъема американский обыватель голосовал против правящей администрации. Саудиты тогда два раза организовывали нефтяной кризис.

Есть в политике такой момент: ты всегда должен создавать коалицию. Если ты победишь в одиночку, то наживешь себе огромное количество врагов. Предпосылки этой коалиции в Афганистане уже были. Талибы начали мешать Пакистану и саудовцам, став самостоятельными, с учетом того, что они создавались на территории Пакистана. Более того, Пакистан оказывал талибам поддержку и последующем. И это понятно. Любая страна должна заботиться о том, чтобы вокруг нее была стабильная ситуация. Если у тебя рядом стратегический противник, ты заинтересован, чтобы другая граница была спокойной. Но это не суть важно. Талибан -это сложный феномен. Это элемент пуштунской энергетики, это элемент исламской энергетики. Это некая протоидеология. Это оформленные фундаменталистские принципы, это определенным образом рекрутируемая элита. Это определенные национальные задачи. Объективно, талибан -это та сила, которая смогла практически завершить дело объединения Афганистана. Это национальная задача, с которой они почти справились. Естественно, такая сила не возникает в безвоздушном пространстве. На определенном этапе им, конечно, помогали и Пакистан и американцы. Помогали, исходя из своих собственных интересов.